Вина матроса Кречетова

Содержание

Законная чарка в Российском Императорском флоте

Вина матроса Кречетова
Вина матроса Кречетова
Петр I, основатель российского флота во многом копировал традиции голландского флота, естественно, помимо прочих и встал вопрос от том, какой напиток употреблять в армии и на флоте зарождающейся Российской империи.

На голландских кораблях употребляли пиво и джин, на испанских в вине вымачивали лимоны, чей сок считался лучшим средством от цинги, англичане предпочитали ром… Напиток, прежде всего, должен быть доступен в необходимых количествах для растущей армии и флота.

Ром в русской действительности был довольно дорог, также как и вино, поэтому выбор был не богат и очевиден.

Воинский устав Русской Армии 1716 года определил помимо прочего нормы питания военнослужащих.

В день военнослужащий должен был получить помимо прочего: пива -1 гарнец ( 3,27 литра), две чарки «хлебного вина»; на флоте «хлебного вина» всего четыре чарки в неделю.

Объем чарки был установлен в 1/100 часть ведра ( около 120 мл). Предусмотрительно воинский артикул оговаривал наказания за пьянство как для нижних чинов, так и ответственность офицеров. Например, «В бою или в виду неприятеля полагалось «лишать живота», вне зависимости от чина. Если же проступок обнаруживался при нахождении в карауле, то «лишение живота» могло быть заменено вечной или длительной ссылкой на галеры, «по важности вины». Пьянство в момент плавания под парусами гарантировало офицеру потерю месячного жалованья, а рядовому — наказание «кошками» у мачты…»

Распитие грога. 1893 «Дмитрий Донской»

Русским морякам новая традиция пришлась по вкусу, но ее переняли с некоторыми изменениями. В России вино выносилось на палубу не в деревянной кадушке, а в специальном медном, луженном изнутри сосуде – ендове. Раздачей заведовал баталер (заведовавший продовольственным и вещевым снабжением экипажей кораблей и береговых флотских команд) отмечавший получение продукта экипажем в «форменной книге». По требованию врачей чарку разделили на две части: две трети в обед, одна треть — в шесть часов вечера. Однако установленную пропорцию соблюдали редко: у баталера имелась мерная получарка которой просто половинили дневную дозу. Процесс выглядел следующим образом: «За пятнадцать минут до обеда с вахты отдавалось приказание «Вино достать». По этой команде караульный начальник получал от старшего офицера ключи от ахтер-люка и в сопровождении вахтенного офицера, баталера и баталерского юнги открывал ахтер-люк. Баталер наполнял ендову вином из бочки. Ахтер-люк закрывался, и процессия шла на шкафут, где и ждала команды «Вино наверх», даваемой за пять минут до обеда. Вино выносилось на шканцы, устанавливалось на особом табурете, покрытом чистой парусиновой подстилкой. На верхний открытый край ендовы клалась чистая дубовая дощечка, а на нее – чарка. Форма чарки также в старорусском стиле. По команде «К вину» все имеющие дудки делали первый, предварительный призывный сигнал. По этому сигналу все унтер-офицеры и боцманы располагались вокруг ендовы, стоявшей в центре; троекратно подавался сигнал дудками, очень красивый и мелодичный. После этого в порядке старшинства, начиная с боцмана, каждый с почтительно-торжественным лицом подходил к ендове, зачерпывал вино и, подставляя ладонь левой руки под чарку, чтобы ни одна капля не упала на палубу, с чувством полного блаженства на лице медленно ее выпивал. Интересно при этом отметить, что каждый, подходя, снимал фуражку и пил чарку с непокрытой головой. Делалось это в силу постоянного обычая отдания уважения шканцам и флагу. Баталер отмечал в книге всякого выпившего чарку….» Перед приемом чарки полагалось снять шапку, осенить себя крестным знамением, а после поклониться и передать емкость по очереди. Закусывать и тем более запивать чарку не полагалось.

Выдача водки матросам на крейсере «Россия»

С этой традицией связано понятие «адмиральский час», означавшее время приступать к винопитию перед обедом. «Адмиральский час» ведет свою от привычки Петра I «в 11 часов после трудов праведных пить водку с сотрудниками своими», в числе коих были и члены Адмиралтейств-коллегии. Сравнительно ранее время для употребления спиртного не было таким уж и ранним, просто напросто Петр был «жаворонком» вставал в пять утра, а обедал как раз в 11 часов. У адмиральского часа есть и другое значение — два часа отдыха после работы и полуденного обеда. На кораблях российского императорского флота свято соблюдали это правило, особенно в отношении нижних чинов. Эта традиция сохранилась и до сих пор- в адмиральский час в море не проводят тренировки и не играют учебные тревоги без особой надобности.

На палубе броненосного крейсера «Рюрик» перед раздачей винной порции

Также как на других флотах нормы выдачи постепенно менялись, к середине XIX века нижнему чину полагалось 20 чарок в месяц, а к концу века нормативы были следующими: в военное время строевым нижним чинам по одной чарке три раза в неделю, нестроевым — по две чарки в неделю; в мирное – 15 чарок в год по праздникам, а также по усмотрению командира «для поддержания здоровья, в ненастье, после продолжительных учений и парадов».

В кают-компании корвета ВИТЯЗЬ, зима 1893 г.

Таким образом, на русском флоте выдача водки была не только частью снабжения, но и как поощрение, которое регулировалось капитаном. Произошедшее снижение нормы флотской чарки было вполне обоснованным, т.к. тяжелых работ связанных с парусами становилось все меньше — флот становился паровым.

Интерьер кают-компании кресера «Адмирал Нахимов»

К слову сказать, на русском флоте хорошо и довольно успешно стимулировался и отказ от чарки. Например, к концу XIX века за невыпитую чарку выплачивали «заслугу» — 2 руб. 40 коп. в месяц, за 7 лет действительной службы сумма выходила очень значительная. Перспектива уволиться со службы с капиталом не только за полагающиеся чарки, но и с дополнительными наградными чарками «за усердную службу» привлекала многих…

Императора Николая II встречают на корабле с чаркой водки

С началом XX века разговоры об отмене флотских чарок усилились, сторонники и противники ломали копья, но последнее слово осталось за императором Николаем II. На флоте искренне полагали что царь, который никогда не отказывался от традиционной чарки, которую ему подносили во время визитов на военные корабли. выберет сторону моряков. Однако вышло совсем иначе. Приказ Генерального штаба гласил: «Государь император в своих непрестанных заботах о благе армии, дабы оградить ее от признанных опытом и наукою вредных последствий употребления спиртных напитков и охранить в ней вящую силу, здоровье и твердость духа, столь необходимые для боевой готовности, как в мирное, так и в военное время, высочайше повелеть соизволил принять к неуклонному исполнению «Меры против потребления спиртных напитков в армии». Далее шли собственно «меры», вот выдержки из них: 1) Начальствующие лица, начиная с самых высших, обязаны принимать все меры к сокращению во вверенных им частях потребления спиртных напитков, действуя в этом направлении личным примером… 2) Появление офицера в нетрезвом виде где бы то ни было, а особенно перед нижними чинами, считается тяжким проступком… 3) В аттестацию каждого офицера обязательно должно вноситься вполне определенное указание об отношении его к употреблению спиртных напитков… 4) При исполнении всяких нарядов и служебных обязанностей… употребление спиртных напитков воспрещается. 5) Офицерские собрания не должны служить местом для кутежей… 14) Все, что в настоящих правилах говорится об офицерах, касается в равной степени военных врачей и всех вообще военных чиновников и военного духовенства… 15) Нижним чинам всех категорий в течение состояния их на действительной военной службе… воспрещается потребление спиртных напитков… 16) Не разрешается посылать нижних чинов в трактиры, винные лавки, погреба за покупкой и приносом спиртных напитков… 22) Начальствующие лица и духовенство обязаны содействовать всеми мерами привлечению нижних чинов в полковые общества трезвенников… 24) С тою же целью отвлечения от вина обратить внимание на развитие спорта, устройство состязаний в виде гимнастических, стрелковых, конных, ПАРУСНЫХ и других праздников… По этому случаю контр-адмирал Г.И.Бутаков вспоминал, что после отмены чарки один матрос на «Дмитрии Донском» с горечью сказал ему: «Эх, ваше высокоблагородие, ведь мы за чарку служим!».

Настоящая чарка

Эти меры совпали с началом Первой мировой войны, что не добавило популярности царю, как на флоте, так и в армии… Отмена чарки не только ударила по престижу Николая II, но и спровоцировала еще один серьезный аспект. Церемония выдачи вина, была не только дорога моряку как традиция, она укрепляла дисциплину, лишний раз напоминая об основе основ – понятии о старшинстве, о шканцах.

Упразднение чарки лишало возможности наградить матроса так, как это делалось столетия. Чарка была упразднена, но чарочные деньги сохранили, хотя их прежнего значения уже не было.

kartam47.livejournal.com

Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

Вы также можете:

  • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
  • Добавить статью в заметки на:

Источник: https://mywebs.su/blog/history/34196/

Вина матроса Кречетова

Вина матроса Кречетова

Прошел почти месяц после трагической смерти Александра Кречетова. 18 июня на острове Русский бывший матрос подорвался при разделке боевого снаряда. В поселке бухты Мелководной на “фазенде” мичмана Наконечного находилась целая “база” по разделке боеприпасов. Саша, попавший еще во время службы в зависимость от мичмана, выполнил приказ – и погиб.

На острове Русском умеют хранить тайны

Все отмахнулись от смерти простого матроса, как от назойливой мухи. Вину за “несчастный случай” списали на мертвого. Но мы уверены в том, что за смерть Александра Кречетова кто-то должен ответить. Поэтому продолжаем свое расследование.

Убедительный мичман

После трагической смерти матроса Кречетова Михаил Наконечный поехал в Бийск, чтобы отвезти тело погибшего парня родителям (и изложить им СВОЮ версию происшествия?). Вскоре он вернулся, но не один, а с Сашиным отцом.

На поездке убитого горем родителя на остров Русский настоял Наконечный – мичману удалось убедить простого сибирского мужика в том, что в своей вмерти САША ВИНОВАТ САМ. Дескать, нашел в лесу снаряд, стал разбирать…

Ловкая комбинация увенчалась успехом: претензий со стороны родителей к мичману не будет.

Лиха беда начало

В ходе нашего расследования вскрылась интересная деталь. До 1993 года Наконечный служил в в/ч 69268 старшиной роты. По словам сослуживцев, он уже тогда злоупотреблял служебным положением, заставляя своих подчиненных батрачить на личном участке. Часть была учебной, призывники находились здесь не более полугода.

Так что служба в хлеву и на сенокосе была поставлена на поток, а последствий – ноль, так как “первогодки” через полгода рассеивались по неисчислимым гарнизонам нашей родины. Командир “учебки” закрывал глаза на эти дела.

[attention type=red][attention type=green][attention type=yellow]
Но руководство сменилось, и новый командир Сунятинов, узнав о положении дел, быстро уволил Наконечного “по несоответствию занимаемой должности”.
[/attention][/attention][/attention]

Спустя год неутомимый мичман восстановился на должность начальника склада боеприпасов в в/ч 10482. Продолжал служить, заработал хорошую пенсию. А матросы так и занимались его подсобным хозяйством. Сейчас все они или уже демобилизованы, или отправлены на службу в другие воинские части. А Саша Кречетов погиб.

РОМАН ЗЮРКАЛОВ, замкомандира части: “Я не знаю, работали ли на мичмана матросы. Да и снаряды Наконечный не разделывал. Кречетов сам нашел их где-то и подорвался”.

СЕРГЕЙ ЛЕБЕДЕВ, начальник отдела хранения: “Снарядов на участке Наконечного не было. Ну, резал, может быть, металл. Деньги зарабатывал. Соседям просто завидно стало, что рядом с ними кто-то имеет деньги, вот и подняли шумиху. У нас все нормально…”.

Проверено: снарядов нет

“Где-то нашел снаряды” – эти слова мы слышали на Русском не раз. Неужели любой желающий может так просто найти в островном лесу боеприпасы? Мы отправились на поиски.

На местах заброшенных воинских частей нас приветствовали черными глазницами полуразрушенные бараки. Полное запустение, трава по пояс. Когда-то здесь были колючая проволока и грозные предупреждающие таблички.

Сейчас все пусто. Снарядов тоже нет.

Вот огромное пепелище. Здесь были когда-то военные склады. Сейчас мы видим лишь брошенные ящики из-под снарядов, ржавые ручки и гвозди.

Когда нашпигованный вооружением Русский расстался со своей секретностью, и финансирование из столицы прекратилось, части стали расформировывать. Огромное количество боеприпасов “зависло в воздухе”.

Часть увезли в город, на арсенал, часть взорвали, но большую – утопили.

ОЛЕГ ТУАЕВ, начальник гарнизона о. Русский: “Просто так снаряды на острове не валяются. Вдоль побережья вы их также не найдете. В достаточной удаленности от берега есть специальные “могильники”. Они указаны на соответствующих картах. Но из этих мест любому желающему снаряды не достать”.

ЕЛЕНА АЛЬХИМЕНКО, жительница острова Русский: “Да вон, наши мужики за металлом ныряют, режут его, и иногда снаряды находят. Ржавые, конечно, старые. Бухта Парис вся ими усеяна. Но не из моря были снаряды, которые мы видели на “фазенде” Наконечного. Те были новые, еще в масле, маркированные”.

ОЛЕГ ТУАЕВ: “Воинская часть, в которой служил Наконечный, не входит в мое подведомство, я курирую ее на добровольных началах. Приказы командиру части Еребашеву давать не могу, только рекомендации. Что-то в этой истории не так. Я думаю, что взорвавшийся снаряд был “незахороненный”. Налицо нерадивость командования”.

По словам замкомандира Романа Зюркалова, доступ к хранилищу боеприпасов части имело ограниченное число людей – он сам, командир и начальник склада Наконечный.

Кто виноват?

Итак, если пять мешков новеньких снарядов на участке мичмана не из моря, в лесу снаряды “так просто” не валяются, а доступа к складу Саша Кречетов не имел, откуда мичман привозил на “фазенду” машины с опасным грузом? Соседи Наконечного вспоминали его слова, вылетевшие как-то с досады: “Если бы мы занимались затоплением снарядов, давно бы уже на джипах ездили”. На джипе мичман по острову не разъезжает, но живет, во время поголовного обнищания семей военных, небедно. И микрогрузовик, за который с ним рассчитывался Саша Кречетов, после несчастного случая Наконечный оставил себе.

С нами Михаил Михайлович Наконечный разговаривать отказался. Твердил, что он не чувствует вины за погибшего парня, что он привез сюда отца, и тот, молодец, все правильно понял. А металлом он занимался без всякого, мол, криминала – собрал, привез, продал… На жизнь зарабатывал.

По информации, полученной из пресс-службы ТОФ, командованием флота готовятся документы на увольнение Михаила Наконечного в запас по “дискредитации”. “Увольняйте, – говорил мичман, – я все равно пенсию выслужил”.

[attention type=green][attention type=yellow][attention type=red]
Маленькая надежда: пожелавший остаться неизвестным сотрудник “островного” отделения УФСБ заверил нас, что дело управление не оставит, “с тормозов” не спустит, виновные понесут наказание.
[/attention][/attention][/attention]

ОЛЕГ ДЕМИН, и.о. военного прокурора владивостокского гарнизона: “Уже сейчас можно сказать, что версия о том, что снаряды найдены в море выглядит не совсем убедительно. Мичман Наконечный все-таки работал на артскладе и имел доступ к “сухопутным” снарядам.

Что же касается “дискредитации”, из-за которой увольняют мичмана, то и тут не все так гладко. Для того, чтобы уволить Наконечного с такой формулировкой, надо иметь веские доказательства, что он действительно “позорил высокое звание российского мичмана”.

А если, как установил Фрунзенский РОВД, мичман не причастен к гибели Саши Кречетова, то за что же тогда его увольняют? В этом случае он имеет полное право восстановиться через суд.

https://www.youtube.com/watch?v=N8XdTFbVH0g\u0026list=PL76F1dj0ApYLHD2bLodzaabqUwvDYhOyT

К “металлической” деятельности мичмана у нас тоже есть вопросы.

Даже если он действовал с письменного разрешения командира части, то деньги за продажу металла должны были поступать по безналичному расчету, на конкретные расчетные счета.

Для сбора и транспортировки металла приказом командира нужно выделять машину и личный состав. Так почему же этим занимались гражданские лица – и у мичмана дома? На эти вопросы нам еще предстоит найти ответы…”

АЛЕКСАНДР РУДНЕВ, начальник СКМ Фрунзенского РОВД: “Как мы установили в ходе следствия, мичман действительно занимался сбором и продажей металлолома, и Саша действительно ему помогал.

Правда, есть одна сложность: нигде не задокументирован его доход, нигде не указан размер убытка, который он нанес своими действиями, поэтому его сложно привлечь за незаконную предпринимательскую деятельность. По закону мичман Наконечный, являясь госслужащим, не имел права заниматься частным предпринимательством.

Насколько мне известно, свою предпринимательскую деятельность он организовал без разрешения командования части: по крайней мере командиры не говорили о том, что давали мичману такие полномочия. Фрунзенский РОВД в данном случае занимался расследованием факта гибели Саши Кречетова.

Нашей задачей было установить, наступила эта смерть в результате убийства или несчастного случая. В ходе дознания мы установили, что смерть Кречетова – это несчастный случай, и в возбуждении уголовного дела было отказано. Сейчас уже трудно установить, где Саша взял снаряд: нет человека и нет снаряда.

А по тем осколкам, которые остались, невозможно сказать, какой это был снаряд – новый или выловленный из воды, украденный или найденный. Материалы дела переданы в прокуратуру военного гарнизона…”

X-files вместо эпилога

Странный вывод напрашивается. Если верить версии командования части, то мичман кристально честен и никаких снарядов со склада не крал. Тем не менее его решили уволить.

Наконечного такая перспектива нисколько не пугает – до пенсии дослужился, на заслуженный отдых уходит со спокойной совестью… Крайним остался матрос Кречетов. Он виноват, товарищи начальники.

Виноват в том, что выполнил приказ – так вы его учили.

Любовь Трояновская, Александр Огневский

Источник: https://novostivl.ru/post/6816/

Возвращение морской чарки: вино снова входит в рацион военных моряков

Вина матроса Кречетова

Праздник на каждый камбуз – 7 июля, в один из Дней воинской славы России, отмечается победа русского флота над турецким в Чесменском сражении 1770 года. Не грех и чарку поднять за традиции российского военного флота. Тем более, что одна из них возвращается. Всем без исключения морякам во время выхода в море теперь положено сухое вино.

Признаюсь, для меня эта традиция привычна. Служил я срочную на разведывательном корабле во второй половине 80-х – в разгар горбачевской антиалкогольной революции.

Но флотские традиции ничто не могло разрушить – нам, как и подводникам, положена была морская чарка – полкружки сухого вина.

У причала его не давали, а вот в походе к обеду ставили на бачок (бак – стол по-флотски) восемь кружек. Хочешь – тяни по капле или залпом опрокинь.

Теперь же праздник пришел на каждый камбуз. Решением Минобороны перечень продуктов, составляющих ежедневный рацион моряков, расширен. Вводится ежедневная норма красного сухого вина: 50 граммов для матросов-срочников и 75 граммов для контрактников и офицеров. Естественно, давать вино будут только при выходе с базы – на срок свыше шести часов.

Решению Минобороны предшествовали многолетние исследования НИИ питания и диетологии о воздействии алкоголя на организм. Выяснилось, что сухое вино улучшает пищеварение и работу желудочно-кишечного тракта, укрепляет иммунную систему и в целом положительно влияет на самочувствие моряков. Так что для тех, кто в море, есть повод поднять бокалы.

[attention type=yellow][attention type=red][attention type=green]
Соловьиная песня
[/attention][/attention][/attention]

Признаюсь, что мы с приятелями по кораблю чуть-чуть мухлевали. Усаживаясь за бачок, все вино мы сливали одному. Так что раз в восемь дней можно было принять граммов 400 и немного осоловеть. Делали мы это, похоже, зря, потому как полезный морской обычай превращали в маленькую пьянку. А ведь о том, что морская чарка не должна быть сверх меры, знали еще сто лет назад.

https://www.youtube.com/watch?v=2uolh9h8TMg\u0026list=PL76F1dj0ApYLHD2bLodzaabqUwvDYhOyT

Ежедневная чарка выдавалась нижним чинам еще со времен парусного флота. Правда, тогда в тару наливали не вино, а водку (а во время походов в южные широты даже ром). Составляла чарка сотую часть ведра, то есть 120 граммов.

Матросы получали беленькую порциями – две трети перед обедом, еще треть перед ужином. В штормах во время тяжелых авральных работ глоток горячительного давал силы, а на стоянке помогал не простыть на промозглых зимних ветрах.

Процесс принятия на грудь превратился в целый ритуал. Боцман проходил по отсекам и дудкой давал специальный сигнал «К вину» – моряки называли этот звук соловьиной песней. Экипаж строился в столовой команды, а специальный матрос-виночерпий (баталер) под присмотром вахтенного офицера выкрикивал фамилии.

Первыми шли старший боцман и унтер-офицеры, считавшиеся «баковой аристократией». Из специального жбана, который назывался ендовой, баталер наливал порции напитка в одну кружку. Перед приемом чарки полагалось снять головной убор и перекреститься. А после чарки – поклониться и передать кружку следующему.

Закусывать чарку не полагалось и даже считалось морским грехом.

Этот строгий порядок был заведен как раз для того, чтобы среди команды не распространилось нашего обычая – сливать несколько порций в одну кружку. Ведь уже тогда военные медики знали, что в малых дозах алкоголь идет во благо, а в больших приносит только вред.

Теперь не водка, а вино

Трезвый образ жизни мог принести моряку немалые дивиденды. Отказавшемуся от ежедневной чарки полагалась денежная компенсация (ее называли заслугой). Например, в конце XIX века за каждую не выпитую чарку матрос получал пять копеек и за дальний поход мог скопить на заслугах немалую прибавку к жалованью (матрос первой статьи, к примеру, в месяц тогда получал один рубль).

Подавляющее большинство моряков считали алкогольную традицию незыблемой. Чарки могли лишить за провинность, а дополнительной порцией наградить за хорошую службу. Но надо сказать, что были и противники – в основном среди гражданских. Они считали чарку корнем пьянства и призывали ввести на флоте сухой закон.

[attention type=red][attention type=green][attention type=yellow]
Накануне Первой мировой войны в газетах велась активная дискуссия на эту тему. Традицию предлагалось отменить, заменив алкоголь денежной заслугой для всех. При этом, дабы деньги не пропивались сразу, предлагалось выдавать совокупные заслуги только по окончании службы. Вышел на гражданку – пей, не жалей.
[/attention][/attention][/attention]

Но тогда дальше разговоров дело не пошло – царское правительство побоялось ломать традицию. А вот после Октябрьской революции морская чарка была отменена на всех кораблях.

Правда, позже, прислушавшись к советам врачей, подводникам и морякам с разведывательных кораблей, алкоголь вернули. Но уже в мягкой форме: не 40-градусные напитки, а вино, и не 120 граммов, а лишь 50.

Теперь же традиция возвращается и на другие военные корабли.

Подводники пьют из яблочных рюмок

На некоторых подводных лодках есть особый способ выпивания морской чарки. Большое яблоко разрезается пополам, а сердцевина выскребается ложкой. Получается яблочная емкость, в которую и наливают вино. Яблоко придает напитку сладковатый вкус и аромат, к тому же выпитое можно сразу закусить. Правда, чокаться не очень удобно.

Летчики получали коньяк

Традиция употребления в армии малых доз алкоголя идет еще из средних веков. Русские воины, отправляясь в поход, в кольчуге и других средствах защиты садились на коня, а потом брали кубок с вином. Они выпивали и только после этого отправлялись в путь. Так родился обычай стременной чарки.

В царской армии водку низшим чинам выдавали и в военное, и в мирное время. Была даже уставная команда «К чарке».

В военное время его полагалось отпускать по 160 граммов три раза в неделю, а в мирное – только по праздникам, а также «по усмотрению командира для поддержания здоровья, в ненастье, после продолжительных маршей, учений и парадов». Во время Великой Отечественной войны традиция вернулась в виде знаменитых наркомовских ста граммов.

Идея снабжать армию крепкими напитками пришла Клименту Ворошилову еще в январе 1940 года, за полтора года до нападения Германии. Наша армия тогда мерзла в снегах Финляндии, Ворошилов решил водкой согреть бойцов. Примечательно, что летчики получали не водку, а коньяк.

Владимир Демченко

Минобороны России

Источник: https://tvzvezda.ru/news/forces/content/201507121610-ofpz.htm

Законная чарка в Российском Императорском флоте

Вина матроса Кречетова
Вина матроса Кречетова
Петр I, основатель российского флота во многом копировал традиции голландского флота, естественно, помимо прочих и встал вопрос от том, какой напиток употреблять в армии и на флоте зарождающейся Российской империи.

На голландских кораблях употребляли пиво и джин, на испанских в вине вымачивали лимоны, чей сок считался лучшим средством от цинги, англичане предпочитали ром… Напиток, прежде всего, должен быть доступен в необходимых количествах для растущей армии и флота.

Ром в русской действительности был довольно дорог, также как и вино, поэтому выбор был не богат и очевиден.

Воинский устав Русской Армии 1716 года определил помимо прочего нормы питания военнослужащих.

В день военнослужащий должен был получить помимо прочего: пива -1 гарнец ( 3,27 литра), две чарки «хлебного вина»; на флоте «хлебного вина» всего четыре чарки в неделю.

Объем чарки был установлен в 1/100 часть ведра ( около 120 мл). Предусмотрительно воинский артикул оговаривал наказания за пьянство как для нижних чинов, так и ответственность офицеров. Например, «В бою или в виду неприятеля полагалось «лишать живота», вне зависимости от чина. Если же проступок обнаруживался при нахождении в карауле, то «лишение живота» могло быть заменено вечной или длительной ссылкой на галеры, «по важности вины». Пьянство в момент плавания под парусами гарантировало офицеру потерю месячного жалованья, а рядовому — наказание «кошками» у мачты…»

Распитие грога. 1893 «Дмитрий Донской»

Русским морякам новая традиция пришлась по вкусу, но ее переняли с некоторыми изменениями. В России вино выносилось на палубу не в деревянной кадушке, а в специальном медном, луженном изнутри сосуде – ендове. Раздачей заведовал баталер (заведовавший продовольственным и вещевым снабжением экипажей кораблей и береговых флотских команд) отмечавший получение продукта экипажем в «форменной книге». По требованию врачей чарку разделили на две части: две трети в обед, одна треть — в шесть часов вечера. Однако установленную пропорцию соблюдали редко: у баталера имелась мерная получарка которой просто половинили дневную дозу. Процесс выглядел следующим образом: «За пятнадцать минут до обеда с вахты отдавалось приказание «Вино достать». По этой команде караульный начальник получал от старшего офицера ключи от ахтер-люка и в сопровождении вахтенного офицера, баталера и баталерского юнги открывал ахтер-люк. Баталер наполнял ендову вином из бочки. Ахтер-люк закрывался, и процессия шла на шкафут, где и ждала команды «Вино наверх», даваемой за пять минут до обеда. Вино выносилось на шканцы, устанавливалось на особом табурете, покрытом чистой парусиновой подстилкой. На верхний открытый край ендовы клалась чистая дубовая дощечка, а на нее – чарка. Форма чарки также в старорусском стиле. По команде «К вину» все имеющие дудки делали первый, предварительный призывный сигнал. По этому сигналу все унтер-офицеры и боцманы располагались вокруг ендовы, стоявшей в центре; троекратно подавался сигнал дудками, очень красивый и мелодичный. После этого в порядке старшинства, начиная с боцмана, каждый с почтительно-торжественным лицом подходил к ендове, зачерпывал вино и, подставляя ладонь левой руки под чарку, чтобы ни одна капля не упала на палубу, с чувством полного блаженства на лице медленно ее выпивал. Интересно при этом отметить, что каждый, подходя, снимал фуражку и пил чарку с непокрытой головой. Делалось это в силу постоянного обычая отдания уважения шканцам и флагу. Баталер отмечал в книге всякого выпившего чарку….» Перед приемом чарки полагалось снять шапку, осенить себя крестным знамением, а после поклониться и передать емкость по очереди. Закусывать и тем более запивать чарку не полагалось.

Выдача водки матросам на крейсере «Россия»

С этой традицией связано понятие «адмиральский час», означавшее время приступать к винопитию перед обедом. «Адмиральский час» ведет свою от привычки Петра I «в 11 часов после трудов праведных пить водку с сотрудниками своими», в числе коих были и члены Адмиралтейств-коллегии. Сравнительно ранее время для употребления спиртного не было таким уж и ранним, просто напросто Петр был «жаворонком» вставал в пять утра, а обедал как раз в 11 часов. У адмиральского часа есть и другое значение — два часа отдыха после работы и полуденного обеда. На кораблях российского императорского флота свято соблюдали это правило, особенно в отношении нижних чинов. Эта традиция сохранилась и до сих пор- в адмиральский час в море не проводят тренировки и не играют учебные тревоги без особой надобности.

На палубе броненосного крейсера «Рюрик» перед раздачей винной порции

Также как на других флотах нормы выдачи постепенно менялись, к середине XIX века нижнему чину полагалось 20 чарок в месяц, а к концу века нормативы были следующими: в военное время строевым нижним чинам по одной чарке три раза в неделю, нестроевым — по две чарки в неделю; в мирное – 15 чарок в год по праздникам, а также по усмотрению командира «для поддержания здоровья, в ненастье, после продолжительных учений и парадов».

В кают-компании корвета ВИТЯЗЬ, зима 1893 г.

Таким образом, на русском флоте выдача водки была не только частью снабжения, но и как поощрение, которое регулировалось капитаном. Произошедшее снижение нормы флотской чарки было вполне обоснованным, т.к. тяжелых работ связанных с парусами становилось все меньше — флот становился паровым.

Интерьер кают-компании кресера «Адмирал Нахимов»

К слову сказать, на русском флоте хорошо и довольно успешно стимулировался и отказ от чарки. Например, к концу XIX века за невыпитую чарку выплачивали «заслугу» — 2 руб. 40 коп. в месяц, за 7 лет действительной службы сумма выходила очень значительная. Перспектива уволиться со службы с капиталом не только за полагающиеся чарки, но и с дополнительными наградными чарками «за усердную службу» привлекала многих…

Императора Николая II встречают на корабле с чаркой водки

С началом XX века разговоры об отмене флотских чарок усилились, сторонники и противники ломали копья, но последнее слово осталось за императором Николаем II. На флоте искренне полагали что царь, который никогда не отказывался от традиционной чарки, которую ему подносили во время визитов на военные корабли. выберет сторону моряков. Однако вышло совсем иначе. Приказ Генерального штаба гласил: «Государь император в своих непрестанных заботах о благе армии, дабы оградить ее от признанных опытом и наукою вредных последствий употребления спиртных напитков и охранить в ней вящую силу, здоровье и твердость духа, столь необходимые для боевой готовности, как в мирное, так и в военное время, высочайше повелеть соизволил принять к неуклонному исполнению «Меры против потребления спиртных напитков в армии». Далее шли собственно «меры», вот выдержки из них: 1) Начальствующие лица, начиная с самых высших, обязаны принимать все меры к сокращению во вверенных им частях потребления спиртных напитков, действуя в этом направлении личным примером… 2) Появление офицера в нетрезвом виде где бы то ни было, а особенно перед нижними чинами, считается тяжким проступком… 3) В аттестацию каждого офицера обязательно должно вноситься вполне определенное указание об отношении его к употреблению спиртных напитков… 4) При исполнении всяких нарядов и служебных обязанностей… употребление спиртных напитков воспрещается. 5) Офицерские собрания не должны служить местом для кутежей… 14) Все, что в настоящих правилах говорится об офицерах, касается в равной степени военных врачей и всех вообще военных чиновников и военного духовенства… 15) Нижним чинам всех категорий в течение состояния их на действительной военной службе… воспрещается потребление спиртных напитков… 16) Не разрешается посылать нижних чинов в трактиры, винные лавки, погреба за покупкой и приносом спиртных напитков… 22) Начальствующие лица и духовенство обязаны содействовать всеми мерами привлечению нижних чинов в полковые общества трезвенников… 24) С тою же целью отвлечения от вина обратить внимание на развитие спорта, устройство состязаний в виде гимнастических, стрелковых, конных, ПАРУСНЫХ и других праздников… По этому случаю контр-адмирал Г.И.Бутаков вспоминал, что после отмены чарки один матрос на «Дмитрии Донском» с горечью сказал ему: «Эх, ваше высокоблагородие, ведь мы за чарку служим!».

Настоящая чарка

Эти меры совпали с началом Первой мировой войны, что не добавило популярности царю, как на флоте, так и в армии… Отмена чарки не только ударила по престижу Николая II, но и спровоцировала еще один серьезный аспект. Церемония выдачи вина, была не только дорога моряку как традиция, она укрепляла дисциплину, лишний раз напоминая об основе основ – понятии о старшинстве, о шканцах.

Упразднение чарки лишало возможности наградить матроса так, как это делалось столетия. Чарка была упразднена, но чарочные деньги сохранили, хотя их прежнего значения уже не было.

kartam47.livejournal.com

Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

Вы также можете:

  • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
  • Добавить статью в заметки на:

Источник: https://mywebs.su/blog/history/34196/

Вина матроса Кречетова

Вина матроса Кречетова

Прошел почти месяц после трагической смерти Александра Кречетова. 18 июня на острове Русский бывший матрос подорвался при разделке боевого снаряда. В поселке бухты Мелководной на “фазенде” мичмана Наконечного находилась целая “база” по разделке боеприпасов. Саша, попавший еще во время службы в зависимость от мичмана, выполнил приказ – и погиб.

На острове Русском умеют хранить тайны

Все отмахнулись от смерти простого матроса, как от назойливой мухи. Вину за “несчастный случай” списали на мертвого. Но мы уверены в том, что за смерть Александра Кречетова кто-то должен ответить. Поэтому продолжаем свое расследование.

Убедительный мичман

После трагической смерти матроса Кречетова Михаил Наконечный поехал в Бийск, чтобы отвезти тело погибшего парня родителям (и изложить им СВОЮ версию происшествия?). Вскоре он вернулся, но не один, а с Сашиным отцом.

На поездке убитого горем родителя на остров Русский настоял Наконечный – мичману удалось убедить простого сибирского мужика в том, что в своей вмерти САША ВИНОВАТ САМ. Дескать, нашел в лесу снаряд, стал разбирать…

Ловкая комбинация увенчалась успехом: претензий со стороны родителей к мичману не будет.

Лиха беда начало

В ходе нашего расследования вскрылась интересная деталь. До 1993 года Наконечный служил в в/ч 69268 старшиной роты. По словам сослуживцев, он уже тогда злоупотреблял служебным положением, заставляя своих подчиненных батрачить на личном участке. Часть была учебной, призывники находились здесь не более полугода.

Так что служба в хлеву и на сенокосе была поставлена на поток, а последствий – ноль, так как “первогодки” через полгода рассеивались по неисчислимым гарнизонам нашей родины. Командир “учебки” закрывал глаза на эти дела.

[attention type=red][attention type=green][attention type=yellow]
Но руководство сменилось, и новый командир Сунятинов, узнав о положении дел, быстро уволил Наконечного “по несоответствию занимаемой должности”.
[/attention][/attention][/attention]

Спустя год неутомимый мичман восстановился на должность начальника склада боеприпасов в в/ч 10482. Продолжал служить, заработал хорошую пенсию. А матросы так и занимались его подсобным хозяйством. Сейчас все они или уже демобилизованы, или отправлены на службу в другие воинские части. А Саша Кречетов погиб.

РОМАН ЗЮРКАЛОВ, замкомандира части: “Я не знаю, работали ли на мичмана матросы. Да и снаряды Наконечный не разделывал. Кречетов сам нашел их где-то и подорвался”.

СЕРГЕЙ ЛЕБЕДЕВ, начальник отдела хранения: “Снарядов на участке Наконечного не было. Ну, резал, может быть, металл. Деньги зарабатывал. Соседям просто завидно стало, что рядом с ними кто-то имеет деньги, вот и подняли шумиху. У нас все нормально…”.

Проверено: снарядов нет

“Где-то нашел снаряды” – эти слова мы слышали на Русском не раз. Неужели любой желающий может так просто найти в островном лесу боеприпасы? Мы отправились на поиски.

На местах заброшенных воинских частей нас приветствовали черными глазницами полуразрушенные бараки. Полное запустение, трава по пояс. Когда-то здесь были колючая проволока и грозные предупреждающие таблички.

Сейчас все пусто. Снарядов тоже нет.

Вот огромное пепелище. Здесь были когда-то военные склады. Сейчас мы видим лишь брошенные ящики из-под снарядов, ржавые ручки и гвозди.

Когда нашпигованный вооружением Русский расстался со своей секретностью, и финансирование из столицы прекратилось, части стали расформировывать. Огромное количество боеприпасов “зависло в воздухе”.

Часть увезли в город, на арсенал, часть взорвали, но большую – утопили.

ОЛЕГ ТУАЕВ, начальник гарнизона о. Русский: “Просто так снаряды на острове не валяются. Вдоль побережья вы их также не найдете. В достаточной удаленности от берега есть специальные “могильники”. Они указаны на соответствующих картах. Но из этих мест любому желающему снаряды не достать”.

ЕЛЕНА АЛЬХИМЕНКО, жительница острова Русский: “Да вон, наши мужики за металлом ныряют, режут его, и иногда снаряды находят. Ржавые, конечно, старые. Бухта Парис вся ими усеяна. Но не из моря были снаряды, которые мы видели на “фазенде” Наконечного. Те были новые, еще в масле, маркированные”.

ОЛЕГ ТУАЕВ: “Воинская часть, в которой служил Наконечный, не входит в мое подведомство, я курирую ее на добровольных началах. Приказы командиру части Еребашеву давать не могу, только рекомендации. Что-то в этой истории не так. Я думаю, что взорвавшийся снаряд был “незахороненный”. Налицо нерадивость командования”.

По словам замкомандира Романа Зюркалова, доступ к хранилищу боеприпасов части имело ограниченное число людей – он сам, командир и начальник склада Наконечный.

Кто виноват?

Итак, если пять мешков новеньких снарядов на участке мичмана не из моря, в лесу снаряды “так просто” не валяются, а доступа к складу Саша Кречетов не имел, откуда мичман привозил на “фазенду” машины с опасным грузом? Соседи Наконечного вспоминали его слова, вылетевшие как-то с досады: “Если бы мы занимались затоплением снарядов, давно бы уже на джипах ездили”. На джипе мичман по острову не разъезжает, но живет, во время поголовного обнищания семей военных, небедно. И микрогрузовик, за который с ним рассчитывался Саша Кречетов, после несчастного случая Наконечный оставил себе.

С нами Михаил Михайлович Наконечный разговаривать отказался. Твердил, что он не чувствует вины за погибшего парня, что он привез сюда отца, и тот, молодец, все правильно понял. А металлом он занимался без всякого, мол, криминала – собрал, привез, продал… На жизнь зарабатывал.

По информации, полученной из пресс-службы ТОФ, командованием флота готовятся документы на увольнение Михаила Наконечного в запас по “дискредитации”. “Увольняйте, – говорил мичман, – я все равно пенсию выслужил”.

[attention type=green][attention type=yellow][attention type=red]
Маленькая надежда: пожелавший остаться неизвестным сотрудник “островного” отделения УФСБ заверил нас, что дело управление не оставит, “с тормозов” не спустит, виновные понесут наказание.
[/attention][/attention][/attention]

ОЛЕГ ДЕМИН, и.о. военного прокурора владивостокского гарнизона: “Уже сейчас можно сказать, что версия о том, что снаряды найдены в море выглядит не совсем убедительно. Мичман Наконечный все-таки работал на артскладе и имел доступ к “сухопутным” снарядам.

Что же касается “дискредитации”, из-за которой увольняют мичмана, то и тут не все так гладко. Для того, чтобы уволить Наконечного с такой формулировкой, надо иметь веские доказательства, что он действительно “позорил высокое звание российского мичмана”.

А если, как установил Фрунзенский РОВД, мичман не причастен к гибели Саши Кречетова, то за что же тогда его увольняют? В этом случае он имеет полное право восстановиться через суд.

https://www.youtube.com/watch?v=N8XdTFbVH0g\u0026list=PL76F1dj0ApYLHD2bLodzaabqUwvDYhOyT

К “металлической” деятельности мичмана у нас тоже есть вопросы.

Даже если он действовал с письменного разрешения командира части, то деньги за продажу металла должны были поступать по безналичному расчету, на конкретные расчетные счета.

Для сбора и транспортировки металла приказом командира нужно выделять машину и личный состав. Так почему же этим занимались гражданские лица – и у мичмана дома? На эти вопросы нам еще предстоит найти ответы…”

АЛЕКСАНДР РУДНЕВ, начальник СКМ Фрунзенского РОВД: “Как мы установили в ходе следствия, мичман действительно занимался сбором и продажей металлолома, и Саша действительно ему помогал.

Правда, есть одна сложность: нигде не задокументирован его доход, нигде не указан размер убытка, который он нанес своими действиями, поэтому его сложно привлечь за незаконную предпринимательскую деятельность. По закону мичман Наконечный, являясь госслужащим, не имел права заниматься частным предпринимательством.

Насколько мне известно, свою предпринимательскую деятельность он организовал без разрешения командования части: по крайней мере командиры не говорили о том, что давали мичману такие полномочия. Фрунзенский РОВД в данном случае занимался расследованием факта гибели Саши Кречетова.

Нашей задачей было установить, наступила эта смерть в результате убийства или несчастного случая. В ходе дознания мы установили, что смерть Кречетова – это несчастный случай, и в возбуждении уголовного дела было отказано. Сейчас уже трудно установить, где Саша взял снаряд: нет человека и нет снаряда.

А по тем осколкам, которые остались, невозможно сказать, какой это был снаряд – новый или выловленный из воды, украденный или найденный. Материалы дела переданы в прокуратуру военного гарнизона…”

X-files вместо эпилога

Странный вывод напрашивается. Если верить версии командования части, то мичман кристально честен и никаких снарядов со склада не крал. Тем не менее его решили уволить.

Наконечного такая перспектива нисколько не пугает – до пенсии дослужился, на заслуженный отдых уходит со спокойной совестью… Крайним остался матрос Кречетов. Он виноват, товарищи начальники.

Виноват в том, что выполнил приказ – так вы его учили.

Любовь Трояновская, Александр Огневский

Источник: https://novostivl.ru/post/6816/

Возвращение морской чарки: вино снова входит в рацион военных моряков

Вина матроса Кречетова

Праздник на каждый камбуз – 7 июля, в один из Дней воинской славы России, отмечается победа русского флота над турецким в Чесменском сражении 1770 года. Не грех и чарку поднять за традиции российского военного флота. Тем более, что одна из них возвращается. Всем без исключения морякам во время выхода в море теперь положено сухое вино.

Признаюсь, для меня эта традиция привычна. Служил я срочную на разведывательном корабле во второй половине 80-х – в разгар горбачевской антиалкогольной революции.

Но флотские традиции ничто не могло разрушить – нам, как и подводникам, положена была морская чарка – полкружки сухого вина.

У причала его не давали, а вот в походе к обеду ставили на бачок (бак – стол по-флотски) восемь кружек. Хочешь – тяни по капле или залпом опрокинь.

Теперь же праздник пришел на каждый камбуз. Решением Минобороны перечень продуктов, составляющих ежедневный рацион моряков, расширен. Вводится ежедневная норма красного сухого вина: 50 граммов для матросов-срочников и 75 граммов для контрактников и офицеров. Естественно, давать вино будут только при выходе с базы – на срок свыше шести часов.

Решению Минобороны предшествовали многолетние исследования НИИ питания и диетологии о воздействии алкоголя на организм. Выяснилось, что сухое вино улучшает пищеварение и работу желудочно-кишечного тракта, укрепляет иммунную систему и в целом положительно влияет на самочувствие моряков. Так что для тех, кто в море, есть повод поднять бокалы.

[attention type=yellow][attention type=red][attention type=green]
Соловьиная песня
[/attention][/attention][/attention]

Признаюсь, что мы с приятелями по кораблю чуть-чуть мухлевали. Усаживаясь за бачок, все вино мы сливали одному. Так что раз в восемь дней можно было принять граммов 400 и немного осоловеть. Делали мы это, похоже, зря, потому как полезный морской обычай превращали в маленькую пьянку. А ведь о том, что морская чарка не должна быть сверх меры, знали еще сто лет назад.

https://www.youtube.com/watch?v=2uolh9h8TMg\u0026list=PL76F1dj0ApYLHD2bLodzaabqUwvDYhOyT

Ежедневная чарка выдавалась нижним чинам еще со времен парусного флота. Правда, тогда в тару наливали не вино, а водку (а во время походов в южные широты даже ром). Составляла чарка сотую часть ведра, то есть 120 граммов.

Матросы получали беленькую порциями – две трети перед обедом, еще треть перед ужином. В штормах во время тяжелых авральных работ глоток горячительного давал силы, а на стоянке помогал не простыть на промозглых зимних ветрах.

Процесс принятия на грудь превратился в целый ритуал. Боцман проходил по отсекам и дудкой давал специальный сигнал «К вину» – моряки называли этот звук соловьиной песней. Экипаж строился в столовой команды, а специальный матрос-виночерпий (баталер) под присмотром вахтенного офицера выкрикивал фамилии.

Первыми шли старший боцман и унтер-офицеры, считавшиеся «баковой аристократией». Из специального жбана, который назывался ендовой, баталер наливал порции напитка в одну кружку. Перед приемом чарки полагалось снять головной убор и перекреститься. А после чарки – поклониться и передать кружку следующему.

Закусывать чарку не полагалось и даже считалось морским грехом.

Этот строгий порядок был заведен как раз для того, чтобы среди команды не распространилось нашего обычая – сливать несколько порций в одну кружку. Ведь уже тогда военные медики знали, что в малых дозах алкоголь идет во благо, а в больших приносит только вред.

Теперь не водка, а вино

Трезвый образ жизни мог принести моряку немалые дивиденды. Отказавшемуся от ежедневной чарки полагалась денежная компенсация (ее называли заслугой). Например, в конце XIX века за каждую не выпитую чарку матрос получал пять копеек и за дальний поход мог скопить на заслугах немалую прибавку к жалованью (матрос первой статьи, к примеру, в месяц тогда получал один рубль).

Подавляющее большинство моряков считали алкогольную традицию незыблемой. Чарки могли лишить за провинность, а дополнительной порцией наградить за хорошую службу. Но надо сказать, что были и противники – в основном среди гражданских. Они считали чарку корнем пьянства и призывали ввести на флоте сухой закон.

[attention type=red][attention type=green][attention type=yellow]
Накануне Первой мировой войны в газетах велась активная дискуссия на эту тему. Традицию предлагалось отменить, заменив алкоголь денежной заслугой для всех. При этом, дабы деньги не пропивались сразу, предлагалось выдавать совокупные заслуги только по окончании службы. Вышел на гражданку – пей, не жалей.
[/attention][/attention][/attention]

Но тогда дальше разговоров дело не пошло – царское правительство побоялось ломать традицию. А вот после Октябрьской революции морская чарка была отменена на всех кораблях.

Правда, позже, прислушавшись к советам врачей, подводникам и морякам с разведывательных кораблей, алкоголь вернули. Но уже в мягкой форме: не 40-градусные напитки, а вино, и не 120 граммов, а лишь 50.

Теперь же традиция возвращается и на другие военные корабли.

Подводники пьют из яблочных рюмок

На некоторых подводных лодках есть особый способ выпивания морской чарки. Большое яблоко разрезается пополам, а сердцевина выскребается ложкой. Получается яблочная емкость, в которую и наливают вино. Яблоко придает напитку сладковатый вкус и аромат, к тому же выпитое можно сразу закусить. Правда, чокаться не очень удобно.

Летчики получали коньяк

Традиция употребления в армии малых доз алкоголя идет еще из средних веков. Русские воины, отправляясь в поход, в кольчуге и других средствах защиты садились на коня, а потом брали кубок с вином. Они выпивали и только после этого отправлялись в путь. Так родился обычай стременной чарки.

В царской армии водку низшим чинам выдавали и в военное, и в мирное время. Была даже уставная команда «К чарке».

В военное время его полагалось отпускать по 160 граммов три раза в неделю, а в мирное – только по праздникам, а также «по усмотрению командира для поддержания здоровья, в ненастье, после продолжительных маршей, учений и парадов». Во время Великой Отечественной войны традиция вернулась в виде знаменитых наркомовских ста граммов.

Идея снабжать армию крепкими напитками пришла Клименту Ворошилову еще в январе 1940 года, за полтора года до нападения Германии. Наша армия тогда мерзла в снегах Финляндии, Ворошилов решил водкой согреть бойцов. Примечательно, что летчики получали не водку, а коньяк.

Владимир Демченко

Минобороны России

Источник: https://tvzvezda.ru/news/forces/content/201507121610-ofpz.htm

Законная чарка в Российском Императорском флоте

Вина матроса Кречетова
Вина матроса Кречетова
Петр I, основатель российского флота во многом копировал традиции голландского флота, естественно, помимо прочих и встал вопрос от том, какой напиток употреблять в армии и на флоте зарождающейся Российской империи.

На голландских кораблях употребляли пиво и джин, на испанских в вине вымачивали лимоны, чей сок считался лучшим средством от цинги, англичане предпочитали ром… Напиток, прежде всего, должен быть доступен в необходимых количествах для растущей армии и флота.

Ром в русской действительности был довольно дорог, также как и вино, поэтому выбор был не богат и очевиден.

Воинский устав Русской Армии 1716 года определил помимо прочего нормы питания военнослужащих.

В день военнослужащий должен был получить помимо прочего: пива -1 гарнец ( 3,27 литра), две чарки «хлебного вина»; на флоте «хлебного вина» всего четыре чарки в неделю.

Объем чарки был установлен в 1/100 часть ведра ( около 120 мл). Предусмотрительно воинский артикул оговаривал наказания за пьянство как для нижних чинов, так и ответственность офицеров. Например, «В бою или в виду неприятеля полагалось «лишать живота», вне зависимости от чина. Если же проступок обнаруживался при нахождении в карауле, то «лишение живота» могло быть заменено вечной или длительной ссылкой на галеры, «по важности вины». Пьянство в момент плавания под парусами гарантировало офицеру потерю месячного жалованья, а рядовому — наказание «кошками» у мачты…»

Распитие грога. 1893 «Дмитрий Донской»

Русским морякам новая традиция пришлась по вкусу, но ее переняли с некоторыми изменениями. В России вино выносилось на палубу не в деревянной кадушке, а в специальном медном, луженном изнутри сосуде – ендове. Раздачей заведовал баталер (заведовавший продовольственным и вещевым снабжением экипажей кораблей и береговых флотских команд) отмечавший получение продукта экипажем в «форменной книге». По требованию врачей чарку разделили на две части: две трети в обед, одна треть — в шесть часов вечера. Однако установленную пропорцию соблюдали редко: у баталера имелась мерная получарка которой просто половинили дневную дозу. Процесс выглядел следующим образом: «За пятнадцать минут до обеда с вахты отдавалось приказание «Вино достать». По этой команде караульный начальник получал от старшего офицера ключи от ахтер-люка и в сопровождении вахтенного офицера, баталера и баталерского юнги открывал ахтер-люк. Баталер наполнял ендову вином из бочки. Ахтер-люк закрывался, и процессия шла на шкафут, где и ждала команды «Вино наверх», даваемой за пять минут до обеда. Вино выносилось на шканцы, устанавливалось на особом табурете, покрытом чистой парусиновой подстилкой. На верхний открытый край ендовы клалась чистая дубовая дощечка, а на нее – чарка. Форма чарки также в старорусском стиле. По команде «К вину» все имеющие дудки делали первый, предварительный призывный сигнал. По этому сигналу все унтер-офицеры и боцманы располагались вокруг ендовы, стоявшей в центре; троекратно подавался сигнал дудками, очень красивый и мелодичный. После этого в порядке старшинства, начиная с боцмана, каждый с почтительно-торжественным лицом подходил к ендове, зачерпывал вино и, подставляя ладонь левой руки под чарку, чтобы ни одна капля не упала на палубу, с чувством полного блаженства на лице медленно ее выпивал. Интересно при этом отметить, что каждый, подходя, снимал фуражку и пил чарку с непокрытой головой. Делалось это в силу постоянного обычая отдания уважения шканцам и флагу. Баталер отмечал в книге всякого выпившего чарку….» Перед приемом чарки полагалось снять шапку, осенить себя крестным знамением, а после поклониться и передать емкость по очереди. Закусывать и тем более запивать чарку не полагалось.

Выдача водки матросам на крейсере «Россия»

С этой традицией связано понятие «адмиральский час», означавшее время приступать к винопитию перед обедом. «Адмиральский час» ведет свою от привычки Петра I «в 11 часов после трудов праведных пить водку с сотрудниками своими», в числе коих были и члены Адмиралтейств-коллегии. Сравнительно ранее время для употребления спиртного не было таким уж и ранним, просто напросто Петр был «жаворонком» вставал в пять утра, а обедал как раз в 11 часов. У адмиральского часа есть и другое значение — два часа отдыха после работы и полуденного обеда. На кораблях российского императорского флота свято соблюдали это правило, особенно в отношении нижних чинов. Эта традиция сохранилась и до сих пор- в адмиральский час в море не проводят тренировки и не играют учебные тревоги без особой надобности.

На палубе броненосного крейсера «Рюрик» перед раздачей винной порции

Также как на других флотах нормы выдачи постепенно менялись, к середине XIX века нижнему чину полагалось 20 чарок в месяц, а к концу века нормативы были следующими: в военное время строевым нижним чинам по одной чарке три раза в неделю, нестроевым — по две чарки в неделю; в мирное – 15 чарок в год по праздникам, а также по усмотрению командира «для поддержания здоровья, в ненастье, после продолжительных учений и парадов».

В кают-компании корвета ВИТЯЗЬ, зима 1893 г.

Таким образом, на русском флоте выдача водки была не только частью снабжения, но и как поощрение, которое регулировалось капитаном. Произошедшее снижение нормы флотской чарки было вполне обоснованным, т.к. тяжелых работ связанных с парусами становилось все меньше — флот становился паровым.

Интерьер кают-компании кресера «Адмирал Нахимов»

К слову сказать, на русском флоте хорошо и довольно успешно стимулировался и отказ от чарки. Например, к концу XIX века за невыпитую чарку выплачивали «заслугу» — 2 руб. 40 коп. в месяц, за 7 лет действительной службы сумма выходила очень значительная. Перспектива уволиться со службы с капиталом не только за полагающиеся чарки, но и с дополнительными наградными чарками «за усердную службу» привлекала многих…

Императора Николая II встречают на корабле с чаркой водки

С началом XX века разговоры об отмене флотских чарок усилились, сторонники и противники ломали копья, но последнее слово осталось за императором Николаем II. На флоте искренне полагали что царь, который никогда не отказывался от традиционной чарки, которую ему подносили во время визитов на военные корабли. выберет сторону моряков. Однако вышло совсем иначе. Приказ Генерального штаба гласил: «Государь император в своих непрестанных заботах о благе армии, дабы оградить ее от признанных опытом и наукою вредных последствий употребления спиртных напитков и охранить в ней вящую силу, здоровье и твердость духа, столь необходимые для боевой готовности, как в мирное, так и в военное время, высочайше повелеть соизволил принять к неуклонному исполнению «Меры против потребления спиртных напитков в армии». Далее шли собственно «меры», вот выдержки из них: 1) Начальствующие лица, начиная с самых высших, обязаны принимать все меры к сокращению во вверенных им частях потребления спиртных напитков, действуя в этом направлении личным примером… 2) Появление офицера в нетрезвом виде где бы то ни было, а особенно перед нижними чинами, считается тяжким проступком… 3) В аттестацию каждого офицера обязательно должно вноситься вполне определенное указание об отношении его к употреблению спиртных напитков… 4) При исполнении всяких нарядов и служебных обязанностей… употребление спиртных напитков воспрещается. 5) Офицерские собрания не должны служить местом для кутежей… 14) Все, что в настоящих правилах говорится об офицерах, касается в равной степени военных врачей и всех вообще военных чиновников и военного духовенства… 15) Нижним чинам всех категорий в течение состояния их на действительной военной службе… воспрещается потребление спиртных напитков… 16) Не разрешается посылать нижних чинов в трактиры, винные лавки, погреба за покупкой и приносом спиртных напитков… 22) Начальствующие лица и духовенство обязаны содействовать всеми мерами привлечению нижних чинов в полковые общества трезвенников… 24) С тою же целью отвлечения от вина обратить внимание на развитие спорта, устройство состязаний в виде гимнастических, стрелковых, конных, ПАРУСНЫХ и других праздников… По этому случаю контр-адмирал Г.И.Бутаков вспоминал, что после отмены чарки один матрос на «Дмитрии Донском» с горечью сказал ему: «Эх, ваше высокоблагородие, ведь мы за чарку служим!».

Настоящая чарка

Эти меры совпали с началом Первой мировой войны, что не добавило популярности царю, как на флоте, так и в армии… Отмена чарки не только ударила по престижу Николая II, но и спровоцировала еще один серьезный аспект. Церемония выдачи вина, была не только дорога моряку как традиция, она укрепляла дисциплину, лишний раз напоминая об основе основ – понятии о старшинстве, о шканцах.

Упразднение чарки лишало возможности наградить матроса так, как это делалось столетия. Чарка была упразднена, но чарочные деньги сохранили, хотя их прежнего значения уже не было.

kartam47.livejournal.com

Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

Вы также можете:

  • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
  • Добавить статью в заметки на:

Источник: https://mywebs.su/blog/history/34196/

Вина матроса Кречетова

Вина матроса Кречетова

Прошел почти месяц после трагической смерти Александра Кречетова. 18 июня на острове Русский бывший матрос подорвался при разделке боевого снаряда. В поселке бухты Мелководной на “фазенде” мичмана Наконечного находилась целая “база” по разделке боеприпасов. Саша, попавший еще во время службы в зависимость от мичмана, выполнил приказ – и погиб.

На острове Русском умеют хранить тайны

Все отмахнулись от смерти простого матроса, как от назойливой мухи. Вину за “несчастный случай” списали на мертвого. Но мы уверены в том, что за смерть Александра Кречетова кто-то должен ответить. Поэтому продолжаем свое расследование.

Убедительный мичман

После трагической смерти матроса Кречетова Михаил Наконечный поехал в Бийск, чтобы отвезти тело погибшего парня родителям (и изложить им СВОЮ версию происшествия?). Вскоре он вернулся, но не один, а с Сашиным отцом.

На поездке убитого горем родителя на остров Русский настоял Наконечный – мичману удалось убедить простого сибирского мужика в том, что в своей вмерти САША ВИНОВАТ САМ. Дескать, нашел в лесу снаряд, стал разбирать…

Ловкая комбинация увенчалась успехом: претензий со стороны родителей к мичману не будет.

Лиха беда начало

В ходе нашего расследования вскрылась интересная деталь. До 1993 года Наконечный служил в в/ч 69268 старшиной роты. По словам сослуживцев, он уже тогда злоупотреблял служебным положением, заставляя своих подчиненных батрачить на личном участке. Часть была учебной, призывники находились здесь не более полугода.

Так что служба в хлеву и на сенокосе была поставлена на поток, а последствий – ноль, так как “первогодки” через полгода рассеивались по неисчислимым гарнизонам нашей родины. Командир “учебки” закрывал глаза на эти дела.

[attention type=red][attention type=green][attention type=yellow]
Но руководство сменилось, и новый командир Сунятинов, узнав о положении дел, быстро уволил Наконечного “по несоответствию занимаемой должности”.
[/attention][/attention][/attention]

Спустя год неутомимый мичман восстановился на должность начальника склада боеприпасов в в/ч 10482. Продолжал служить, заработал хорошую пенсию. А матросы так и занимались его подсобным хозяйством. Сейчас все они или уже демобилизованы, или отправлены на службу в другие воинские части. А Саша Кречетов погиб.

РОМАН ЗЮРКАЛОВ, замкомандира части: “Я не знаю, работали ли на мичмана матросы. Да и снаряды Наконечный не разделывал. Кречетов сам нашел их где-то и подорвался”.

СЕРГЕЙ ЛЕБЕДЕВ, начальник отдела хранения: “Снарядов на участке Наконечного не было. Ну, резал, может быть, металл. Деньги зарабатывал. Соседям просто завидно стало, что рядом с ними кто-то имеет деньги, вот и подняли шумиху. У нас все нормально…”.

Проверено: снарядов нет

“Где-то нашел снаряды” – эти слова мы слышали на Русском не раз. Неужели любой желающий может так просто найти в островном лесу боеприпасы? Мы отправились на поиски.

На местах заброшенных воинских частей нас приветствовали черными глазницами полуразрушенные бараки. Полное запустение, трава по пояс. Когда-то здесь были колючая проволока и грозные предупреждающие таблички.

Сейчас все пусто. Снарядов тоже нет.

Вот огромное пепелище. Здесь были когда-то военные склады. Сейчас мы видим лишь брошенные ящики из-под снарядов, ржавые ручки и гвозди.

Когда нашпигованный вооружением Русский расстался со своей секретностью, и финансирование из столицы прекратилось, части стали расформировывать. Огромное количество боеприпасов “зависло в воздухе”.

Часть увезли в город, на арсенал, часть взорвали, но большую – утопили.

ОЛЕГ ТУАЕВ, начальник гарнизона о. Русский: “Просто так снаряды на острове не валяются. Вдоль побережья вы их также не найдете. В достаточной удаленности от берега есть специальные “могильники”. Они указаны на соответствующих картах. Но из этих мест любому желающему снаряды не достать”.

ЕЛЕНА АЛЬХИМЕНКО, жительница острова Русский: “Да вон, наши мужики за металлом ныряют, режут его, и иногда снаряды находят. Ржавые, конечно, старые. Бухта Парис вся ими усеяна. Но не из моря были снаряды, которые мы видели на “фазенде” Наконечного. Те были новые, еще в масле, маркированные”.

ОЛЕГ ТУАЕВ: “Воинская часть, в которой служил Наконечный, не входит в мое подведомство, я курирую ее на добровольных началах. Приказы командиру части Еребашеву давать не могу, только рекомендации. Что-то в этой истории не так. Я думаю, что взорвавшийся снаряд был “незахороненный”. Налицо нерадивость командования”.

По словам замкомандира Романа Зюркалова, доступ к хранилищу боеприпасов части имело ограниченное число людей – он сам, командир и начальник склада Наконечный.

Кто виноват?

Итак, если пять мешков новеньких снарядов на участке мичмана не из моря, в лесу снаряды “так просто” не валяются, а доступа к складу Саша Кречетов не имел, откуда мичман привозил на “фазенду” машины с опасным грузом? Соседи Наконечного вспоминали его слова, вылетевшие как-то с досады: “Если бы мы занимались затоплением снарядов, давно бы уже на джипах ездили”. На джипе мичман по острову не разъезжает, но живет, во время поголовного обнищания семей военных, небедно. И микрогрузовик, за который с ним рассчитывался Саша Кречетов, после несчастного случая Наконечный оставил себе.

С нами Михаил Михайлович Наконечный разговаривать отказался. Твердил, что он не чувствует вины за погибшего парня, что он привез сюда отца, и тот, молодец, все правильно понял. А металлом он занимался без всякого, мол, криминала – собрал, привез, продал… На жизнь зарабатывал.

По информации, полученной из пресс-службы ТОФ, командованием флота готовятся документы на увольнение Михаила Наконечного в запас по “дискредитации”. “Увольняйте, – говорил мичман, – я все равно пенсию выслужил”.

[attention type=green][attention type=yellow][attention type=red]
Маленькая надежда: пожелавший остаться неизвестным сотрудник “островного” отделения УФСБ заверил нас, что дело управление не оставит, “с тормозов” не спустит, виновные понесут наказание.
[/attention][/attention][/attention]

ОЛЕГ ДЕМИН, и.о. военного прокурора владивостокского гарнизона: “Уже сейчас можно сказать, что версия о том, что снаряды найдены в море выглядит не совсем убедительно. Мичман Наконечный все-таки работал на артскладе и имел доступ к “сухопутным” снарядам.

Что же касается “дискредитации”, из-за которой увольняют мичмана, то и тут не все так гладко. Для того, чтобы уволить Наконечного с такой формулировкой, надо иметь веские доказательства, что он действительно “позорил высокое звание российского мичмана”.

А если, как установил Фрунзенский РОВД, мичман не причастен к гибели Саши Кречетова, то за что же тогда его увольняют? В этом случае он имеет полное право восстановиться через суд.

https://www.youtube.com/watch?v=N8XdTFbVH0g\u0026list=PL76F1dj0ApYLHD2bLodzaabqUwvDYhOyT

К “металлической” деятельности мичмана у нас тоже есть вопросы.

Даже если он действовал с письменного разрешения командира части, то деньги за продажу металла должны были поступать по безналичному расчету, на конкретные расчетные счета.

Для сбора и транспортировки металла приказом командира нужно выделять машину и личный состав. Так почему же этим занимались гражданские лица – и у мичмана дома? На эти вопросы нам еще предстоит найти ответы…”

АЛЕКСАНДР РУДНЕВ, начальник СКМ Фрунзенского РОВД: “Как мы установили в ходе следствия, мичман действительно занимался сбором и продажей металлолома, и Саша действительно ему помогал.

Правда, есть одна сложность: нигде не задокументирован его доход, нигде не указан размер убытка, который он нанес своими действиями, поэтому его сложно привлечь за незаконную предпринимательскую деятельность. По закону мичман Наконечный, являясь госслужащим, не имел права заниматься частным предпринимательством.

Насколько мне известно, свою предпринимательскую деятельность он организовал без разрешения командования части: по крайней мере командиры не говорили о том, что давали мичману такие полномочия. Фрунзенский РОВД в данном случае занимался расследованием факта гибели Саши Кречетова.

Нашей задачей было установить, наступила эта смерть в результате убийства или несчастного случая. В ходе дознания мы установили, что смерть Кречетова – это несчастный случай, и в возбуждении уголовного дела было отказано. Сейчас уже трудно установить, где Саша взял снаряд: нет человека и нет снаряда.

А по тем осколкам, которые остались, невозможно сказать, какой это был снаряд – новый или выловленный из воды, украденный или найденный. Материалы дела переданы в прокуратуру военного гарнизона…”

X-files вместо эпилога

Странный вывод напрашивается. Если верить версии командования части, то мичман кристально честен и никаких снарядов со склада не крал. Тем не менее его решили уволить.

Наконечного такая перспектива нисколько не пугает – до пенсии дослужился, на заслуженный отдых уходит со спокойной совестью… Крайним остался матрос Кречетов. Он виноват, товарищи начальники.

Виноват в том, что выполнил приказ – так вы его учили.

Любовь Трояновская, Александр Огневский

Источник: https://novostivl.ru/post/6816/

Возвращение морской чарки: вино снова входит в рацион военных моряков

Вина матроса Кречетова

Праздник на каждый камбуз – 7 июля, в один из Дней воинской славы России, отмечается победа русского флота над турецким в Чесменском сражении 1770 года. Не грех и чарку поднять за традиции российского военного флота. Тем более, что одна из них возвращается. Всем без исключения морякам во время выхода в море теперь положено сухое вино.

Признаюсь, для меня эта традиция привычна. Служил я срочную на разведывательном корабле во второй половине 80-х – в разгар горбачевской антиалкогольной революции.

Но флотские традиции ничто не могло разрушить – нам, как и подводникам, положена была морская чарка – полкружки сухого вина.

У причала его не давали, а вот в походе к обеду ставили на бачок (бак – стол по-флотски) восемь кружек. Хочешь – тяни по капле или залпом опрокинь.

Теперь же праздник пришел на каждый камбуз. Решением Минобороны перечень продуктов, составляющих ежедневный рацион моряков, расширен. Вводится ежедневная норма красного сухого вина: 50 граммов для матросов-срочников и 75 граммов для контрактников и офицеров. Естественно, давать вино будут только при выходе с базы – на срок свыше шести часов.

Решению Минобороны предшествовали многолетние исследования НИИ питания и диетологии о воздействии алкоголя на организм. Выяснилось, что сухое вино улучшает пищеварение и работу желудочно-кишечного тракта, укрепляет иммунную систему и в целом положительно влияет на самочувствие моряков. Так что для тех, кто в море, есть повод поднять бокалы.

[attention type=yellow][attention type=red][attention type=green]
Соловьиная песня
[/attention][/attention][/attention]

Признаюсь, что мы с приятелями по кораблю чуть-чуть мухлевали. Усаживаясь за бачок, все вино мы сливали одному. Так что раз в восемь дней можно было принять граммов 400 и немного осоловеть. Делали мы это, похоже, зря, потому как полезный морской обычай превращали в маленькую пьянку. А ведь о том, что морская чарка не должна быть сверх меры, знали еще сто лет назад.

https://www.youtube.com/watch?v=2uolh9h8TMg\u0026list=PL76F1dj0ApYLHD2bLodzaabqUwvDYhOyT

Ежедневная чарка выдавалась нижним чинам еще со времен парусного флота. Правда, тогда в тару наливали не вино, а водку (а во время походов в южные широты даже ром). Составляла чарка сотую часть ведра, то есть 120 граммов.

Матросы получали беленькую порциями – две трети перед обедом, еще треть перед ужином. В штормах во время тяжелых авральных работ глоток горячительного давал силы, а на стоянке помогал не простыть на промозглых зимних ветрах.

Процесс принятия на грудь превратился в целый ритуал. Боцман проходил по отсекам и дудкой давал специальный сигнал «К вину» – моряки называли этот звук соловьиной песней. Экипаж строился в столовой команды, а специальный матрос-виночерпий (баталер) под присмотром вахтенного офицера выкрикивал фамилии.

Первыми шли старший боцман и унтер-офицеры, считавшиеся «баковой аристократией». Из специального жбана, который назывался ендовой, баталер наливал порции напитка в одну кружку. Перед приемом чарки полагалось снять головной убор и перекреститься. А после чарки – поклониться и передать кружку следующему.

Закусывать чарку не полагалось и даже считалось морским грехом.

Этот строгий порядок был заведен как раз для того, чтобы среди команды не распространилось нашего обычая – сливать несколько порций в одну кружку. Ведь уже тогда военные медики знали, что в малых дозах алкоголь идет во благо, а в больших приносит только вред.

Теперь не водка, а вино

Трезвый образ жизни мог принести моряку немалые дивиденды. Отказавшемуся от ежедневной чарки полагалась денежная компенсация (ее называли заслугой). Например, в конце XIX века за каждую не выпитую чарку матрос получал пять копеек и за дальний поход мог скопить на заслугах немалую прибавку к жалованью (матрос первой статьи, к примеру, в месяц тогда получал один рубль).

Подавляющее большинство моряков считали алкогольную традицию незыблемой. Чарки могли лишить за провинность, а дополнительной порцией наградить за хорошую службу. Но надо сказать, что были и противники – в основном среди гражданских. Они считали чарку корнем пьянства и призывали ввести на флоте сухой закон.

[attention type=red][attention type=green][attention type=yellow]
Накануне Первой мировой войны в газетах велась активная дискуссия на эту тему. Традицию предлагалось отменить, заменив алкоголь денежной заслугой для всех. При этом, дабы деньги не пропивались сразу, предлагалось выдавать совокупные заслуги только по окончании службы. Вышел на гражданку – пей, не жалей.
[/attention][/attention][/attention]

Но тогда дальше разговоров дело не пошло – царское правительство побоялось ломать традицию. А вот после Октябрьской революции морская чарка была отменена на всех кораблях.

Правда, позже, прислушавшись к советам врачей, подводникам и морякам с разведывательных кораблей, алкоголь вернули. Но уже в мягкой форме: не 40-градусные напитки, а вино, и не 120 граммов, а лишь 50.

Теперь же традиция возвращается и на другие военные корабли.

Подводники пьют из яблочных рюмок

На некоторых подводных лодках есть особый способ выпивания морской чарки. Большое яблоко разрезается пополам, а сердцевина выскребается ложкой. Получается яблочная емкость, в которую и наливают вино. Яблоко придает напитку сладковатый вкус и аромат, к тому же выпитое можно сразу закусить. Правда, чокаться не очень удобно.

Летчики получали коньяк

Традиция употребления в армии малых доз алкоголя идет еще из средних веков. Русские воины, отправляясь в поход, в кольчуге и других средствах защиты садились на коня, а потом брали кубок с вином. Они выпивали и только после этого отправлялись в путь. Так родился обычай стременной чарки.

В царской армии водку низшим чинам выдавали и в военное, и в мирное время. Была даже уставная команда «К чарке».

В военное время его полагалось отпускать по 160 граммов три раза в неделю, а в мирное – только по праздникам, а также «по усмотрению командира для поддержания здоровья, в ненастье, после продолжительных маршей, учений и парадов». Во время Великой Отечественной войны традиция вернулась в виде знаменитых наркомовских ста граммов.

Идея снабжать армию крепкими напитками пришла Клименту Ворошилову еще в январе 1940 года, за полтора года до нападения Германии. Наша армия тогда мерзла в снегах Финляндии, Ворошилов решил водкой согреть бойцов. Примечательно, что летчики получали не водку, а коньяк.

Владимир Демченко

Минобороны России

Источник: https://tvzvezda.ru/news/forces/content/201507121610-ofpz.htm

Законная чарка в Российском Императорском флоте

Вина матроса Кречетова
Вина матроса Кречетова
Петр I, основатель российского флота во многом копировал традиции голландского флота, естественно, помимо прочих и встал вопрос от том, какой напиток употреблять в армии и на флоте зарождающейся Российской империи.

На голландских кораблях употребляли пиво и джин, на испанских в вине вымачивали лимоны, чей сок считался лучшим средством от цинги, англичане предпочитали ром… Напиток, прежде всего, должен быть доступен в необходимых количествах для растущей армии и флота.

Ром в русской действительности был довольно дорог, также как и вино, поэтому выбор был не богат и очевиден.

Воинский устав Русской Армии 1716 года определил помимо прочего нормы питания военнослужащих.

В день военнослужащий должен был получить помимо прочего: пива -1 гарнец ( 3,27 литра), две чарки «хлебного вина»; на флоте «хлебного вина» всего четыре чарки в неделю.

Объем чарки был установлен в 1/100 часть ведра ( около 120 мл). Предусмотрительно воинский артикул оговаривал наказания за пьянство как для нижних чинов, так и ответственность офицеров. Например, «В бою или в виду неприятеля полагалось «лишать живота», вне зависимости от чина. Если же проступок обнаруживался при нахождении в карауле, то «лишение живота» могло быть заменено вечной или длительной ссылкой на галеры, «по важности вины». Пьянство в момент плавания под парусами гарантировало офицеру потерю месячного жалованья, а рядовому — наказание «кошками» у мачты…»

Распитие грога. 1893 «Дмитрий Донской»

Русским морякам новая традиция пришлась по вкусу, но ее переняли с некоторыми изменениями. В России вино выносилось на палубу не в деревянной кадушке, а в специальном медном, луженном изнутри сосуде – ендове. Раздачей заведовал баталер (заведовавший продовольственным и вещевым снабжением экипажей кораблей и береговых флотских команд) отмечавший получение продукта экипажем в «форменной книге». По требованию врачей чарку разделили на две части: две трети в обед, одна треть — в шесть часов вечера. Однако установленную пропорцию соблюдали редко: у баталера имелась мерная получарка которой просто половинили дневную дозу. Процесс выглядел следующим образом: «За пятнадцать минут до обеда с вахты отдавалось приказание «Вино достать». По этой команде караульный начальник получал от старшего офицера ключи от ахтер-люка и в сопровождении вахтенного офицера, баталера и баталерского юнги открывал ахтер-люк. Баталер наполнял ендову вином из бочки. Ахтер-люк закрывался, и процессия шла на шкафут, где и ждала команды «Вино наверх», даваемой за пять минут до обеда. Вино выносилось на шканцы, устанавливалось на особом табурете, покрытом чистой парусиновой подстилкой. На верхний открытый край ендовы клалась чистая дубовая дощечка, а на нее – чарка. Форма чарки также в старорусском стиле. По команде «К вину» все имеющие дудки делали первый, предварительный призывный сигнал. По этому сигналу все унтер-офицеры и боцманы располагались вокруг ендовы, стоявшей в центре; троекратно подавался сигнал дудками, очень красивый и мелодичный. После этого в порядке старшинства, начиная с боцмана, каждый с почтительно-торжественным лицом подходил к ендове, зачерпывал вино и, подставляя ладонь левой руки под чарку, чтобы ни одна капля не упала на палубу, с чувством полного блаженства на лице медленно ее выпивал. Интересно при этом отметить, что каждый, подходя, снимал фуражку и пил чарку с непокрытой головой. Делалось это в силу постоянного обычая отдания уважения шканцам и флагу. Баталер отмечал в книге всякого выпившего чарку….» Перед приемом чарки полагалось снять шапку, осенить себя крестным знамением, а после поклониться и передать емкость по очереди. Закусывать и тем более запивать чарку не полагалось.

Выдача водки матросам на крейсере «Россия»

С этой традицией связано понятие «адмиральский час», означавшее время приступать к винопитию перед обедом. «Адмиральский час» ведет свою от привычки Петра I «в 11 часов после трудов праведных пить водку с сотрудниками своими», в числе коих были и члены Адмиралтейств-коллегии. Сравнительно ранее время для употребления спиртного не было таким уж и ранним, просто напросто Петр был «жаворонком» вставал в пять утра, а обедал как раз в 11 часов. У адмиральского часа есть и другое значение — два часа отдыха после работы и полуденного обеда. На кораблях российского императорского флота свято соблюдали это правило, особенно в отношении нижних чинов. Эта традиция сохранилась и до сих пор- в адмиральский час в море не проводят тренировки и не играют учебные тревоги без особой надобности.

На палубе броненосного крейсера «Рюрик» перед раздачей винной порции

Также как на других флотах нормы выдачи постепенно менялись, к середине XIX века нижнему чину полагалось 20 чарок в месяц, а к концу века нормативы были следующими: в военное время строевым нижним чинам по одной чарке три раза в неделю, нестроевым — по две чарки в неделю; в мирное – 15 чарок в год по праздникам, а также по усмотрению командира «для поддержания здоровья, в ненастье, после продолжительных учений и парадов».

В кают-компании корвета ВИТЯЗЬ, зима 1893 г.

Таким образом, на русском флоте выдача водки была не только частью снабжения, но и как поощрение, которое регулировалось капитаном. Произошедшее снижение нормы флотской чарки было вполне обоснованным, т.к. тяжелых работ связанных с парусами становилось все меньше — флот становился паровым.

Интерьер кают-компании кресера «Адмирал Нахимов»

К слову сказать, на русском флоте хорошо и довольно успешно стимулировался и отказ от чарки. Например, к концу XIX века за невыпитую чарку выплачивали «заслугу» — 2 руб. 40 коп. в месяц, за 7 лет действительной службы сумма выходила очень значительная. Перспектива уволиться со службы с капиталом не только за полагающиеся чарки, но и с дополнительными наградными чарками «за усердную службу» привлекала многих…

Императора Николая II встречают на корабле с чаркой водки

С началом XX века разговоры об отмене флотских чарок усилились, сторонники и противники ломали копья, но последнее слово осталось за императором Николаем II. На флоте искренне полагали что царь, который никогда не отказывался от традиционной чарки, которую ему подносили во время визитов на военные корабли. выберет сторону моряков. Однако вышло совсем иначе. Приказ Генерального штаба гласил: «Государь император в своих непрестанных заботах о благе армии, дабы оградить ее от признанных опытом и наукою вредных последствий употребления спиртных напитков и охранить в ней вящую силу, здоровье и твердость духа, столь необходимые для боевой готовности, как в мирное, так и в военное время, высочайше повелеть соизволил принять к неуклонному исполнению «Меры против потребления спиртных напитков в армии». Далее шли собственно «меры», вот выдержки из них: 1) Начальствующие лица, начиная с самых высших, обязаны принимать все меры к сокращению во вверенных им частях потребления спиртных напитков, действуя в этом направлении личным примером… 2) Появление офицера в нетрезвом виде где бы то ни было, а особенно перед нижними чинами, считается тяжким проступком… 3) В аттестацию каждого офицера обязательно должно вноситься вполне определенное указание об отношении его к употреблению спиртных напитков… 4) При исполнении всяких нарядов и служебных обязанностей… употребление спиртных напитков воспрещается. 5) Офицерские собрания не должны служить местом для кутежей… 14) Все, что в настоящих правилах говорится об офицерах, касается в равной степени военных врачей и всех вообще военных чиновников и военного духовенства… 15) Нижним чинам всех категорий в течение состояния их на действительной военной службе… воспрещается потребление спиртных напитков… 16) Не разрешается посылать нижних чинов в трактиры, винные лавки, погреба за покупкой и приносом спиртных напитков… 22) Начальствующие лица и духовенство обязаны содействовать всеми мерами привлечению нижних чинов в полковые общества трезвенников… 24) С тою же целью отвлечения от вина обратить внимание на развитие спорта, устройство состязаний в виде гимнастических, стрелковых, конных, ПАРУСНЫХ и других праздников… По этому случаю контр-адмирал Г.И.Бутаков вспоминал, что после отмены чарки один матрос на «Дмитрии Донском» с горечью сказал ему: «Эх, ваше высокоблагородие, ведь мы за чарку служим!».

Настоящая чарка

Эти меры совпали с началом Первой мировой войны, что не добавило популярности царю, как на флоте, так и в армии… Отмена чарки не только ударила по престижу Николая II, но и спровоцировала еще один серьезный аспект. Церемония выдачи вина, была не только дорога моряку как традиция, она укрепляла дисциплину, лишний раз напоминая об основе основ – понятии о старшинстве, о шканцах.

Упразднение чарки лишало возможности наградить матроса так, как это делалось столетия. Чарка была упразднена, но чарочные деньги сохранили, хотя их прежнего значения уже не было.

kartam47.livejournal.com

Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

Вы также можете:

  • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
  • Добавить статью в заметки на:

Источник: https://mywebs.su/blog/history/34196/

Вина матроса Кречетова

Вина матроса Кречетова

Прошел почти месяц после трагической смерти Александра Кречетова. 18 июня на острове Русский бывший матрос подорвался при разделке боевого снаряда. В поселке бухты Мелководной на “фазенде” мичмана Наконечного находилась целая “база” по разделке боеприпасов. Саша, попавший еще во время службы в зависимость от мичмана, выполнил приказ – и погиб.

На острове Русском умеют хранить тайны

Все отмахнулись от смерти простого матроса, как от назойливой мухи. Вину за “несчастный случай” списали на мертвого. Но мы уверены в том, что за смерть Александра Кречетова кто-то должен ответить. Поэтому продолжаем свое расследование.

Убедительный мичман

После трагической смерти матроса Кречетова Михаил Наконечный поехал в Бийск, чтобы отвезти тело погибшего парня родителям (и изложить им СВОЮ версию происшествия?). Вскоре он вернулся, но не один, а с Сашиным отцом.

На поездке убитого горем родителя на остров Русский настоял Наконечный – мичману удалось убедить простого сибирского мужика в том, что в своей вмерти САША ВИНОВАТ САМ. Дескать, нашел в лесу снаряд, стал разбирать…

Ловкая комбинация увенчалась успехом: претензий со стороны родителей к мичману не будет.

Лиха беда начало

В ходе нашего расследования вскрылась интересная деталь. До 1993 года Наконечный служил в в/ч 69268 старшиной роты. По словам сослуживцев, он уже тогда злоупотреблял служебным положением, заставляя своих подчиненных батрачить на личном участке. Часть была учебной, призывники находились здесь не более полугода.

Так что служба в хлеву и на сенокосе была поставлена на поток, а последствий – ноль, так как “первогодки” через полгода рассеивались по неисчислимым гарнизонам нашей родины. Командир “учебки” закрывал глаза на эти дела.

[attention type=red][attention type=green][attention type=yellow]
Но руководство сменилось, и новый командир Сунятинов, узнав о положении дел, быстро уволил Наконечного “по несоответствию занимаемой должности”.
[/attention][/attention][/attention]

Спустя год неутомимый мичман восстановился на должность начальника склада боеприпасов в в/ч 10482. Продолжал служить, заработал хорошую пенсию. А матросы так и занимались его подсобным хозяйством. Сейчас все они или уже демобилизованы, или отправлены на службу в другие воинские части. А Саша Кречетов погиб.

РОМАН ЗЮРКАЛОВ, замкомандира части: “Я не знаю, работали ли на мичмана матросы. Да и снаряды Наконечный не разделывал. Кречетов сам нашел их где-то и подорвался”.

СЕРГЕЙ ЛЕБЕДЕВ, начальник отдела хранения: “Снарядов на участке Наконечного не было. Ну, резал, может быть, металл. Деньги зарабатывал. Соседям просто завидно стало, что рядом с ними кто-то имеет деньги, вот и подняли шумиху. У нас все нормально…”.

Проверено: снарядов нет

“Где-то нашел снаряды” – эти слова мы слышали на Русском не раз. Неужели любой желающий может так просто найти в островном лесу боеприпасы? Мы отправились на поиски.

На местах заброшенных воинских частей нас приветствовали черными глазницами полуразрушенные бараки. Полное запустение, трава по пояс. Когда-то здесь были колючая проволока и грозные предупреждающие таблички.

Сейчас все пусто. Снарядов тоже нет.

Вот огромное пепелище. Здесь были когда-то военные склады. Сейчас мы видим лишь брошенные ящики из-под снарядов, ржавые ручки и гвозди.

Когда нашпигованный вооружением Русский расстался со своей секретностью, и финансирование из столицы прекратилось, части стали расформировывать. Огромное количество боеприпасов “зависло в воздухе”.

Часть увезли в город, на арсенал, часть взорвали, но большую – утопили.

ОЛЕГ ТУАЕВ, начальник гарнизона о. Русский: “Просто так снаряды на острове не валяются. Вдоль побережья вы их также не найдете. В достаточной удаленности от берега есть специальные “могильники”. Они указаны на соответствующих картах. Но из этих мест любому желающему снаряды не достать”.

ЕЛЕНА АЛЬХИМЕНКО, жительница острова Русский: “Да вон, наши мужики за металлом ныряют, режут его, и иногда снаряды находят. Ржавые, конечно, старые. Бухта Парис вся ими усеяна. Но не из моря были снаряды, которые мы видели на “фазенде” Наконечного. Те были новые, еще в масле, маркированные”.

ОЛЕГ ТУАЕВ: “Воинская часть, в которой служил Наконечный, не входит в мое подведомство, я курирую ее на добровольных началах. Приказы командиру части Еребашеву давать не могу, только рекомендации. Что-то в этой истории не так. Я думаю, что взорвавшийся снаряд был “незахороненный”. Налицо нерадивость командования”.

По словам замкомандира Романа Зюркалова, доступ к хранилищу боеприпасов части имело ограниченное число людей – он сам, командир и начальник склада Наконечный.

Кто виноват?

Итак, если пять мешков новеньких снарядов на участке мичмана не из моря, в лесу снаряды “так просто” не валяются, а доступа к складу Саша Кречетов не имел, откуда мичман привозил на “фазенду” машины с опасным грузом? Соседи Наконечного вспоминали его слова, вылетевшие как-то с досады: “Если бы мы занимались затоплением снарядов, давно бы уже на джипах ездили”. На джипе мичман по острову не разъезжает, но живет, во время поголовного обнищания семей военных, небедно. И микрогрузовик, за который с ним рассчитывался Саша Кречетов, после несчастного случая Наконечный оставил себе.

С нами Михаил Михайлович Наконечный разговаривать отказался. Твердил, что он не чувствует вины за погибшего парня, что он привез сюда отца, и тот, молодец, все правильно понял. А металлом он занимался без всякого, мол, криминала – собрал, привез, продал… На жизнь зарабатывал.

По информации, полученной из пресс-службы ТОФ, командованием флота готовятся документы на увольнение Михаила Наконечного в запас по “дискредитации”. “Увольняйте, – говорил мичман, – я все равно пенсию выслужил”.

[attention type=green][attention type=yellow][attention type=red]
Маленькая надежда: пожелавший остаться неизвестным сотрудник “островного” отделения УФСБ заверил нас, что дело управление не оставит, “с тормозов” не спустит, виновные понесут наказание.
[/attention][/attention][/attention]

ОЛЕГ ДЕМИН, и.о. военного прокурора владивостокского гарнизона: “Уже сейчас можно сказать, что версия о том, что снаряды найдены в море выглядит не совсем убедительно. Мичман Наконечный все-таки работал на артскладе и имел доступ к “сухопутным” снарядам.

Что же касается “дискредитации”, из-за которой увольняют мичмана, то и тут не все так гладко. Для того, чтобы уволить Наконечного с такой формулировкой, надо иметь веские доказательства, что он действительно “позорил высокое звание российского мичмана”.

А если, как установил Фрунзенский РОВД, мичман не причастен к гибели Саши Кречетова, то за что же тогда его увольняют? В этом случае он имеет полное право восстановиться через суд.

https://www.youtube.com/watch?v=N8XdTFbVH0g\u0026list=PL76F1dj0ApYLHD2bLodzaabqUwvDYhOyT

К “металлической” деятельности мичмана у нас тоже есть вопросы.

Даже если он действовал с письменного разрешения командира части, то деньги за продажу металла должны были поступать по безналичному расчету, на конкретные расчетные счета.

Для сбора и транспортировки металла приказом командира нужно выделять машину и личный состав. Так почему же этим занимались гражданские лица – и у мичмана дома? На эти вопросы нам еще предстоит найти ответы…”

АЛЕКСАНДР РУДНЕВ, начальник СКМ Фрунзенского РОВД: “Как мы установили в ходе следствия, мичман действительно занимался сбором и продажей металлолома, и Саша действительно ему помогал.

Правда, есть одна сложность: нигде не задокументирован его доход, нигде не указан размер убытка, который он нанес своими действиями, поэтому его сложно привлечь за незаконную предпринимательскую деятельность. По закону мичман Наконечный, являясь госслужащим, не имел права заниматься частным предпринимательством.

Насколько мне известно, свою предпринимательскую деятельность он организовал без разрешения командования части: по крайней мере командиры не говорили о том, что давали мичману такие полномочия. Фрунзенский РОВД в данном случае занимался расследованием факта гибели Саши Кречетова.

Нашей задачей было установить, наступила эта смерть в результате убийства или несчастного случая. В ходе дознания мы установили, что смерть Кречетова – это несчастный случай, и в возбуждении уголовного дела было отказано. Сейчас уже трудно установить, где Саша взял снаряд: нет человека и нет снаряда.

А по тем осколкам, которые остались, невозможно сказать, какой это был снаряд – новый или выловленный из воды, украденный или найденный. Материалы дела переданы в прокуратуру военного гарнизона…”

X-files вместо эпилога

Странный вывод напрашивается. Если верить версии командования части, то мичман кристально честен и никаких снарядов со склада не крал. Тем не менее его решили уволить.

Наконечного такая перспектива нисколько не пугает – до пенсии дослужился, на заслуженный отдых уходит со спокойной совестью… Крайним остался матрос Кречетов. Он виноват, товарищи начальники.

Виноват в том, что выполнил приказ – так вы его учили.

Любовь Трояновская, Александр Огневский

Источник: https://novostivl.ru/post/6816/

Возвращение морской чарки: вино снова входит в рацион военных моряков

Вина матроса Кречетова

Праздник на каждый камбуз – 7 июля, в один из Дней воинской славы России, отмечается победа русского флота над турецким в Чесменском сражении 1770 года. Не грех и чарку поднять за традиции российского военного флота. Тем более, что одна из них возвращается. Всем без исключения морякам во время выхода в море теперь положено сухое вино.

Признаюсь, для меня эта традиция привычна. Служил я срочную на разведывательном корабле во второй половине 80-х – в разгар горбачевской антиалкогольной революции.

Но флотские традиции ничто не могло разрушить – нам, как и подводникам, положена была морская чарка – полкружки сухого вина.

У причала его не давали, а вот в походе к обеду ставили на бачок (бак – стол по-флотски) восемь кружек. Хочешь – тяни по капле или залпом опрокинь.

Теперь же праздник пришел на каждый камбуз. Решением Минобороны перечень продуктов, составляющих ежедневный рацион моряков, расширен. Вводится ежедневная норма красного сухого вина: 50 граммов для матросов-срочников и 75 граммов для контрактников и офицеров. Естественно, давать вино будут только при выходе с базы – на срок свыше шести часов.

Решению Минобороны предшествовали многолетние исследования НИИ питания и диетологии о воздействии алкоголя на организм. Выяснилось, что сухое вино улучшает пищеварение и работу желудочно-кишечного тракта, укрепляет иммунную систему и в целом положительно влияет на самочувствие моряков. Так что для тех, кто в море, есть повод поднять бокалы.

[attention type=yellow][attention type=red][attention type=green]
Соловьиная песня
[/attention][/attention][/attention]

Признаюсь, что мы с приятелями по кораблю чуть-чуть мухлевали. Усаживаясь за бачок, все вино мы сливали одному. Так что раз в восемь дней можно было принять граммов 400 и немного осоловеть. Делали мы это, похоже, зря, потому как полезный морской обычай превращали в маленькую пьянку. А ведь о том, что морская чарка не должна быть сверх меры, знали еще сто лет назад.

https://www.youtube.com/watch?v=2uolh9h8TMg\u0026list=PL76F1dj0ApYLHD2bLodzaabqUwvDYhOyT

Ежедневная чарка выдавалась нижним чинам еще со времен парусного флота. Правда, тогда в тару наливали не вино, а водку (а во время походов в южные широты даже ром). Составляла чарка сотую часть ведра, то есть 120 граммов.

Матросы получали беленькую порциями – две трети перед обедом, еще треть перед ужином. В штормах во время тяжелых авральных работ глоток горячительного давал силы, а на стоянке помогал не простыть на промозглых зимних ветрах.

Процесс принятия на грудь превратился в целый ритуал. Боцман проходил по отсекам и дудкой давал специальный сигнал «К вину» – моряки называли этот звук соловьиной песней. Экипаж строился в столовой команды, а специальный матрос-виночерпий (баталер) под присмотром вахтенного офицера выкрикивал фамилии.

Первыми шли старший боцман и унтер-офицеры, считавшиеся «баковой аристократией». Из специального жбана, который назывался ендовой, баталер наливал порции напитка в одну кружку. Перед приемом чарки полагалось снять головной убор и перекреститься. А после чарки – поклониться и передать кружку следующему.

Закусывать чарку не полагалось и даже считалось морским грехом.

Этот строгий порядок был заведен как раз для того, чтобы среди команды не распространилось нашего обычая – сливать несколько порций в одну кружку. Ведь уже тогда военные медики знали, что в малых дозах алкоголь идет во благо, а в больших приносит только вред.

Теперь не водка, а вино

Трезвый образ жизни мог принести моряку немалые дивиденды. Отказавшемуся от ежедневной чарки полагалась денежная компенсация (ее называли заслугой). Например, в конце XIX века за каждую не выпитую чарку матрос получал пять копеек и за дальний поход мог скопить на заслугах немалую прибавку к жалованью (матрос первой статьи, к примеру, в месяц тогда получал один рубль).

Подавляющее большинство моряков считали алкогольную традицию незыблемой. Чарки могли лишить за провинность, а дополнительной порцией наградить за хорошую службу. Но надо сказать, что были и противники – в основном среди гражданских. Они считали чарку корнем пьянства и призывали ввести на флоте сухой закон.

[attention type=red][attention type=green][attention type=yellow]
Накануне Первой мировой войны в газетах велась активная дискуссия на эту тему. Традицию предлагалось отменить, заменив алкоголь денежной заслугой для всех. При этом, дабы деньги не пропивались сразу, предлагалось выдавать совокупные заслуги только по окончании службы. Вышел на гражданку – пей, не жалей.
[/attention][/attention][/attention]

Но тогда дальше разговоров дело не пошло – царское правительство побоялось ломать традицию. А вот после Октябрьской революции морская чарка была отменена на всех кораблях.

Правда, позже, прислушавшись к советам врачей, подводникам и морякам с разведывательных кораблей, алкоголь вернули. Но уже в мягкой форме: не 40-градусные напитки, а вино, и не 120 граммов, а лишь 50.

Теперь же традиция возвращается и на другие военные корабли.

Подводники пьют из яблочных рюмок

На некоторых подводных лодках есть особый способ выпивания морской чарки. Большое яблоко разрезается пополам, а сердцевина выскребается ложкой. Получается яблочная емкость, в которую и наливают вино. Яблоко придает напитку сладковатый вкус и аромат, к тому же выпитое можно сразу закусить. Правда, чокаться не очень удобно.

Летчики получали коньяк

Традиция употребления в армии малых доз алкоголя идет еще из средних веков. Русские воины, отправляясь в поход, в кольчуге и других средствах защиты садились на коня, а потом брали кубок с вином. Они выпивали и только после этого отправлялись в путь. Так родился обычай стременной чарки.

В царской армии водку низшим чинам выдавали и в военное, и в мирное время. Была даже уставная команда «К чарке».

В военное время его полагалось отпускать по 160 граммов три раза в неделю, а в мирное – только по праздникам, а также «по усмотрению командира для поддержания здоровья, в ненастье, после продолжительных маршей, учений и парадов». Во время Великой Отечественной войны традиция вернулась в виде знаменитых наркомовских ста граммов.

Идея снабжать армию крепкими напитками пришла Клименту Ворошилову еще в январе 1940 года, за полтора года до нападения Германии. Наша армия тогда мерзла в снегах Финляндии, Ворошилов решил водкой согреть бойцов. Примечательно, что летчики получали не водку, а коньяк.

Владимир Демченко

Минобороны России

Источник: https://tvzvezda.ru/news/forces/content/201507121610-ofpz.htm

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5d8a63101d656a00acc58de5/-zachem-podvodnikam-vydaiut-vinnuiu-porciiu-gde-istina-5d987741c49f2900aea3d396

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.